Одним из парадоксов истории СССР является вознесение на политический Олимп Хрущева в 1953 году, малограмотного (2 класса церковно-приходской школы и 2 года учебы в так называемой Промакадемии, – его собственные признания), жестокого (как и все большевики) и мстительного мужика.

В официальных выступлениях, частных беседах, и в мемуарах Никита Сергеевич многократно подчеркивал, что он не знал о творящихся репрессиях, был поражен их масштабами (после смерти Сталина) и изображал из себя невинного агнца. Так ли это?

Общее количество жертв за десятилетия правления Сталина составляет примерно миллион человек.

Это данные ведущего сотрудника Института российской истории Российской академии наук доктора исторических наук Земскова. При этом он сто раз проверял и перепроверял документы, их анализировали его коллеги из других стран. И никто не опроверг Земскова. Но что некоторые демократические «спецы» придумали? Любой, кто был посажен при Сталине, - это жертва политических репрессий. Не важно, что он был в немецком мундире, полицейский, сжигал села, ту же Хатынь, расстреливал советских людей. Он - жертва сталинского режима. Уголовник, бандит, насильник, вор, казнокрад, который оказался в тюрьме либо его расстреляли за действительно уголовные дела, - он жертва сталинского режима.
Хрущев дискредитировал Сталина в личных интересах, чтобы скрыть свое жуткое участие в массовых репрессиях.
В свое время, где-то в разгар перестройки, в «Московских новостях» был опубликован список первых секретарей союзных республик, крайкомов, обкомов направлявших Сталину требования расстрела тысяч и тысяч «врагов народа». Я хорошо это помню, так как встретил в этом списке фамилию отца моего свояка – первого секретаря Дагестана. После этого мой родственник как-то умерил свой демократический пыл.
Большая ошибка Сталина, которую называют преступлением, заключается в том, что в 37-м году, на июльском пленуме, он поддался давлению этих самых первых секретарей и разрешил им начать массовые репрессии.

Первым в этом списке оказался Роберт Эйхе, первый секретарь Новосибирского обкома партии ( по терминологии Хрущева кристально чистый ленинец). Очень жестокий человек, от его лица, первого секретаря Новосибирского обкома партии в Политбюро поступила записка, в которой он обращался к Политбюро с просьбой временно наделить его чрезвычайными полномочиями на подведомственной территории. В Новосибирской области, писал он, вскрыта мощная, огромная по численности, антисоветская контрреволюционная организация, которую органам НКВД не удается ликвидировать до конца. Необходимо создать «тройку» в следующем составе: первый секретарь обкома партии, областной прокурор и начальник областного управления НКВД, с правом принимать оперативные решения о высылке антисоветских элементов и вынесении смертных приговоров наиболее опасным из числа этих лиц. То есть фактически военно-полевой суд: без защитников, без свидетелей, с правом немедленного исполнения приговоров. Мотивировалась просьба Эйхе тем, что при наличии столь мощной контрреволюционной организации выборы в Верховный Совет могли принести нежелательный политический результат.
Почетное место здесь же занимал в среде этих блюстителей занимал и наш дорогой Никита Сергеевич.
Хрущев, будучи первым секретарем Московского обкома партии, просил дать ему право расстрелять 8,5 тысячи, а 32 800 отправить в лагерь, но этого ему показалось мало.
По данным комиссии небезызвестного А.Н. Яковлева, на «личном счету» Никиты Сергеевича 161860 человек (думаю, эти цифры значительно снижены – не забудем, что он лично приказал уничтожать документы о его роли в репрессиях). Из них 55741 человек приходится на годы работы его первым секретарем Московского городского и областного комитета партии. Это 1936-1937 годы. С 1938 года он первый секретарь компартии Украины. За этот период он постарался чуть больше – 106119 человек.
Это в его адрес Сталин направил предупреждение: «Уймись дурак».
В газете «Аргументы и факты» (№25, июнь 2003) можно найти такой пассаж: «Уже в наши дни приговором Хрущёву стали слова того же А.Н. Яковлева, руководителя Комиссии по реабилитации жертв незаконных репрессий: «Крови на совести Хрущёва не меньше, а по сравнению кое с кем (намёк на И.В.Сталина ) и больше!»
Ещё в январе 1936 года он заявил в одной своей речи: «Арестовано только 308 человек; для нашей Московской организации – это мало». В своём выступлении на февральско-мартовском (1937) Пленуме ЦК ВКП(б) он сказал: «Сидит иногда человек, копошатся вокруг него враги, чуть ли не на ноги лезут, а он не замечает и пыжится, у меня, мол, в аппарате чужаков нет. Это от глухоты, слепоты политической, от идиотской болезни – беспечности».
Ему вторит одна из первых реабилитированных «жертв» политических репрессий – Роберт Эйхе, с 1929 года первый секретарь Сибирского и Западно-Сибирского крайкомов и Новосибирского горкома ВКП(б), кандидат в члены Политбюро ЦК. Это он говорил: «Мы в Западной Сибири вскрыли много вредителей. Мы вскрыли вредительство раньше, чем в других краях».
Кстати, именно это чрезмерное усердие, массовость необоснованных арестов, поощрение доносительства и фальсификации уголовных дел на местах и было поставлено им в вину, что особенно видно на примере Павла Постышева, распустившего в Куйбышевской области 30 райкомов, члены которых были объявлены врагами народа и репрессированы только за то, что на обложках ученических тетрадей в орнаменте они не разглядели изображение фашистской свастики! Как было не репрессировать Постышева, несмотря на все его прошлые заслуги?
Словом, в выигрыше оказался, наш «герой», тогдашний «новый выдвиженец» Никита Хрущёв, который с радостью великой занял место Косиора на Украине и место в сталинском Политбюро. Уже в июне 1938 года, то есть спустя ровно шесть месяцев после назначения Хрущёва, один из делегатов съезда Компартии Украины, будущий начальник Совинформбюро, генерал-полковник А. Щербаков, замечал: «Настоящий беспощадный разгром врагов народа на Украине начался после того, как ЦК прислал руководить большевиками Украины товарища Хрущёва. Теперь трудящиеся Украины могут быть уверены, что разгром агентуры польских панов и немецких баронов будет доведён до конца».
В начале июля 1937 года Н.С. Хрущев сумел, по словам историка Юрия Жукова, “подозрительно быстро разыскать и “учесть” в Московской области, а затем и настаивать на приговоре к расстрелу либо к высылке 41 305 “бывших кулаков” и “уголовников”. Это в Московской области-то!
В.М. Поляков, секретарь Военной коллегии Верховного суда СССР, рассказал, что “в 1937 году Хрущев ежедневно звонил в московское управление НКВД и спрашивал, как идут аресты. “Москва — столица,— по-отечески напоминал Никита Сергеевич,— ей негоже отставать от Калуги или от Рязани”. Оказавшись в 1938 году на Украине Хрущев тотчас вступает в борьбу с "врагами народа".
Сохранилась записка Хрущёва из Киева на имя И.В. Сталина, спустя полгода после избрания первым секретарем Украинской парторганизации, датированная июнем 1938 года: "Дорогой Иосиф Виссарионович! Украина ежемесячно посылает 17 – 18 тысяч репрессированных, а Москва утверждает не более 2 – 3 тысяч. Прошу Вас принять срочные меры. Любящий Вас Н.Хрущёв ". Впрочем, Сталин получал такие записки от ВСЕХ партийных руководителей республик, краев и областей. Здесь он не одинок, но в первых рядах.

Естественно, что эта волна репрессии впоследствии затронули и самих их инициаторов. Вспомним французскую революцию – Робеспьера, Демулена, Дантона – история повторяется. Вот этого и не мог простить Никита и его последыши Сталину – как же, замахнулся на святое – партийный аппарат! Плевать им было на простых людей, попавших под каток! Главное – наших бьют.
В декабре 1938 года, когда к руководству НКВД пришел Л.П. Берия, поток репрессий был остановлен. Начиная, с 1939 года число репрессированных сократилось в 200 раз! Было освобождено из лагерей 327 тысяч политзаключенных. Я лично знал одну из этих заклеченных. Это доктор психологических наук С.Л Топтоева. Она попала в число этих 327 тысяч и рассказывала, что всю жизнь молилась на Берия. Ну, это так, лирика.
Что удивительно, так это то, что Никита потом всячески пытался обелять невинно убиенных жертв сталинского режима, таких как свирепый и безжалостный Постышев, убийцы Антонов-Овсеенко, Тухачевский. В основном его волновала судьба партийцев, но отнюдь не простых людей.
Кстати, сын Антонова-Овсеенко - председатель общества Мемориал, а отец его отличился тем, что руководя подавлением антоновского восстания на Тамбовщине вместе с Тухачевским, залил кровью Тамбовскую губернию и отдал приказ, подписанный и Тухачевским применять отравляющие газы против мирного населения – такое повторил только Саддам Хусейн уже в наше время. Других прецедентов мировая история не знает. Я не говорю о таких пустяках как заложники и сожженные деревни. Вот такие они жертвы Сталина.
В послевоенные годы Никита Сергеевич курировал по партийной линии административные (силовые) органы, хотя сейчас пытаются это свалить на Маленкова.

Сын Маленкова Андрей Георгиевич, писал:
“В конце сороковых годов... Хрущев занимал пост секретаря ЦК по кадрам и, по долгу службы контролируя деятельность репрессивных органов, нес личную вину за гибель А. Кузнецова и других ленинградских руководителей. Боясь, как бы на готовящемся судилище (в 1957 году. — В. К. ) над Маленковым не всплыла его собственная неприглядная роль в “ленинградском деле”, Хрущев должен был... всю вину свалить на Маленкова”.
Определенным подтверждением хрущевского кураторства над МГБ является рассказ очевидца, П. Дерябина, о том, как после ареста Абакумова именно Хрущев объяснял, почему это произошло, сотрудникам министерства и назвал одной из основных причин “запоздалое обнаружение ленинградского заговора” (Абакумовым). При этом важно отметить, что Дерябин в своем рассказе преследовал цель не “обличать” Хрущева, а только сообщить его версию краха Абакумова.

Видный руководитель разведки П.А. Судоплатов в своих воспоминаниях утверждал, что именно Хрущев был одним из инициаторов “ленинградского дела”.
В высшей степени показателен и тот факт, что после ареста Абакумова и многих его сослуживцев “освободившиеся” руководящие посты в МГБ занял, как установил историк Г. В. Костырченко, целый ряд “людей Хрущева”, переведенных в Москву с Украины. Едва ли Хрущев смог бы внедрить в 1951 году на высокие посты в МГБ такое количество “своих людей” при жизни Сталина, если бы он не курировал это министерство.
Об этом свидетельствовал и П. А. Судоплатов: “Во время последних лет сталинского правления Хрущев... расставлял своих людей на влиятельных постах. Редко замечают, что Хрущев умудрился... внедрить четырех своих ставленников в руководство МГБ-МВД: заместителями министра стали Серов, Савченко, Рясной и Епишев".
Довольно любопытна судьба бывшего министра госбезопасности генерала Абакумова.
Арестованный еще при жизни Сталина в 1949 году он дождался суда лишь в 1954 году.
Именно тогда стал торопить следствие и пытался форсировать события генерал-полковник Серов, человек Хрущева... Хрущев стремился как можно быстрее разделаться с Абакумовым — его расстреляли через час с четвертью после оглашения приговора... Сразу же по окончании процесса над Абакумовым генеральный прокурор СССР Руденко позвонил из Ленинграда в Москву, рубленой фразой доложил Хрущеву о выполнении задания и спросил, можно ли закругляться... Во время этого телефонного разговора рядом с Руденко стоял Н. М. Поляков, тогда секретарь Военной коллегии Верховного суда СССР. Почему Хрущев так энергично спровадил Абакумова на тот свет? Чего он опасался? Определенно ответить на эти вопросы крайне сложно, — находясь у власти, Хрущев позаботился о том, чтобы изобличавшие его документы были уничтожены..

Л.М. Каганович вспоминал, что сразу же после ХХ съезда в 1956 году В.М. Молотов сказал ему: "Это сейчас Хрущёв выступает против репрессий, а когда он был секретарем Московского горкома, он отправил в тюрьму свыше 50 тысяч партийцев ".
В общем, много чего было знаменательного на жизненном пути дорого Никиты Сергеевича.

Отмечу новочеркасский расстрел мирного населения в 1962 году, Карибский кризис, чуть было не приведший к мировой войне, берлинский кризис со строительством берлинской стены. Ну, такую мелочь, как подавление мятежа в Вегрии в 1956 году и вспоминать не хочется.
Не знаю, что двигало Н.С. Хрущевым, когда он решил отдать Крым Украине. Вполне возможно, что так он пытался реабилитировать за репрессии на Украине, которые он приводил.
Отдельной строкой стоит отеческая забота о нашей культуре, поучения «пидорасам» и письма в адрес Хрущева с благодарностью за отеческую заботу Аксенова и
Неизвестного. Правда, перед этим была травля Пастернака с улюлюканьем, дружно подхваченная почти всеми деятелями литературы, за исключением В. Каверина, но стоит ли об этом напоминать.
Особое рвение проявил Хрущев в борьбе с церковью – его атеистическая кампания ничуть не уступает в своей свирепости антицерковной борьбы 20-х годов.В народной же памяти Никита крепко запомнился налогами на домашний скот, в результате чего было массовое вырезание оного, насаждением кукурузы, вплоть до Архангельской области. За что и получил прозвище «Кукурузник».

Много «добрых» дел натворил дорогой Никита Сергеевич и поэтому долго будет жить в народной памяти.